На спектакль со сменной обувью

 

Театр имени Станиславского впервые в своей истории поставил камерную пьесу, об уборщице-садистке. А чтобы соответствовать требованиям жанра и сузить пространство, усадил зрителей прямо на сцене. Эффект оказался неожиданным для актрис и впечатляющим для зрителей… 

 

Пьесу известной австрийской писательницы Бригитты Швайгер «Маленькая камерная пьеса» об уборщице-садистке и ее респектабельной жертве выбрали для Международного театрального фестиваля «Мост дружбы-2016», проходившего в конце прошлого года в Йошкар-Оле. Постановка имела успех и получила диплом жюри «В поиске новой формы» за лучший экспериментальный спектакль. Актрис даже пригласили поучаствовать в еще одном фестивале, в сербском Тополе. Естественно, такой успех нельзя было прятать от карагандинского зрителя. Не остановило театр даже отсутствие специального помещения для камерных постановок – публику решили разместить прямо на сцене, установив здесь кресла в два ряда с трех сторон. Обстановка получилась весьма интимная, да и «обмануть» присутствующих на таком расстоянии наигранными чувствами стало невозможно, пришлось плакать, смеяться и приходить в отчаяние по-настоящему.  
Каждому из нас приходилось сталкиваться с «самым главным человеком» в каком-либо заведении – уборщицей, гардеробщицей, вахтером, которая вас куда-то не пропускает, чего-то не позволяет, кого-то не вызывает. А теперь представьте, что этот человек получил над вами безграничную власть, решив научить уму-разуму. Дверь заперта на ключ, вы один на один с тюремщиком, и никто не придет к вам на помощь. Как же вы удивитесь, узнав, что у вашего визави лишь благие намерения, и он вам обязательно поможет, хотите вы того или нет. Главная героиня в исполнении Галины Турчиной столкнулась именно с такой ситуацией. Ее мучительницу и благодетельницу сыграла Александра Большакова – главный режиссер театра и самой постановки. 
— Мы первый раз играем на сцене со зрителями. Все-таки в Йошкар-Оле была камерная постановка, люди находились близко, но вне сцены. А здесь новые ощущения: зритель в двух метрах, вокруг тебя. И нужно постоянно это учитывать, — делится впечатлениями Галина Турчина. – И плакала я по-настоящему, всегда плачу по-настоящему.

 

 

— Камерные пьесы идут во всем мире уже 50 лет. Их играют на крышах, на площадях, со светом и без, в костюмах и без них. Порой один актер перевоплощается в 50 персонажей. Становится королем, Ромео или Джульеттой, — говорит Александра Большакова. – Хотим ли мы играть на крышах и площадях? Если будет в бюджете театра такая статья расходов, то, конечно, почему нет?
По словам режиссера, в ее интерпретации пьесы для карагандинского зрителя героине Турчиной еще слабо досталось, а вот в прогрессивной Австрии она бы раздела ее догола…
В постановке много деталей, которые дуэт Турчина-Большакова придумывал прямо на репетициях. Например, эпизоды с потчеванием чаем или бросанием смятой пачки сигарет на только что оттертый до блеска пол, иначе, по словам режиссера, это была бы просто «читка с листа». А ведь нужно удивить зрителя, сделать так, чтобы ему не стало скучно. Украшают разыгравшуюся драму и танцевальные па, поставленные молодым, талантливым хореографом Максимом Петровым буквально за два часа. 
— На первом плане история типичного бытового садизма, на втором: посмотрите друг на друга, остановитесь, задумайтесь, не прячьтесь за маски, откройте свое естественное лицо, нутро свое, — рассказала о своем понимании пьесы австрийского автора Галина Турчина.
Окажется ли ее героиня подвержена Стокгольмскому синдрому, когда жертва привязывается к своему мучителю, остается за кадром. 
Билеты на ближайшие спектакли уже распроданы, но шанс насладиться этой историей будет появляться у карагандинцев дважды в месяц. Кстати, зрители «Маленькой камерной пьесы» должны приходить на спектакль со своей сменной обувью, без нее на сукно сцены не пропустят даже с билетами. Если, конечно, вы не хотите оказаться лицом к лицу с рассерженной гардеробщицей…
 
Алена ПАНКОВА
Фото автора
1 366

Полезные ресурсы